AFP | 2026-01-14

Во время российского вторжения украинский военный медик Рома Зух усвоил суровое правило: не слишком сближайся с коллегами — их в любой момент могут убить.

С тех пор как Россия вторглась в страну в феврале 2022 года, бывший водитель грузовика со светло-голубыми глазами и рыжей бородой потерял слишком много близких, чтобы не видеть, как новые друзья терпят ту же участь.

«Ты помнишь каждого из них... тех, с кем был ранен, тех, кто пошел служить вместе с тобой, — этих ты точно не забудешь», — говорит 37-летний мужчина.

«Теперь стараюсь держаться на расстоянии, потому что сильно привязываюсь», — добавляет медик, который недавно перешел в новый батальон.

«Например, не обедаю за одним и тем же столом».

Ужасающие последствия войны — повседневная реальность для сотен украинских военных медиков . Виды, звуки и запахи фронта тяжело сказываются на их психическом здоровье.

В 1000 километрах от поля боя, на 10-дневном горном ретрите, призванном помочь медикам восстановиться, правило Ромы проходит проверку.

Программа RePower, проводимая в деревянных шале в Карпатах, напоминает детский лагерь отдыха с занятиями по гончарному делу, походами и даже мастер-классами по приготовлению суши.

Для некоторых облегчение наступает мгновенно.

Когда машина, в которой ехал Дмитро Куницкий, начала подниматься в горы, усеянные деревьями с яркой осенней оранжевой и зеленой листвой, 20-летнего медика охватило давно забытое чувство.

«Мы открыли окна, и воздух наполнился запахом сосен», — говорит он.

«Мы просто были очень счастливы, как маленькие дети».

«Каждый вдох»

Но полностью оставить фронт было непросто.

Куницкий часто говорит по телефону, делегируя задания своей команде на передовой .

Он уже два года служит в должности, которая требует от него извлекать и осматривать тела погибших в бою товарищей.

«Бывают воспоминания. Моменты, когда запах крови настолько приторный, что чувствуешь себя отравленным, когда сразу ее смыть невозможно. И с каждым вдохом чувствуешь запах крови».

«Но смерть, запахи... Это ничто по сравнению с тем, сколько друзей я потерял», — говорит мужчина с темными красными кругами вокруг глаз.

Психологи, работающие с медиками в лагере, говорят, что сталкиваются с непростой задачей.

Вскоре медики вернутся на фронт, что делает полноценную терапию рискованной.

«Чтобы разобраться с травмой, нужно время, чтобы стабилизировать состояние людей», — рассказывает AFP врач Андрей Анплеев.

«Это что-то новое — работать с травмой, когда травмирующие условия сохраняются».

Вместо этого они фокусируются на предоставлении медикам конкретных инструментов для управления эмоциями и ознакомления с преимуществами терапии.

Помимо этого, они создают пространства, где люди наконец-то могут почувствовать себя в безопасности.

На сеансе «звуковой терапии» дюжина медиков лежит на ковриках для йоги, расслабляясь под звуки волн, плещущихся о берег, и леса, наполненного щебетом птиц.

Внезапно тишину нарушает храп.

Зух заснул.

Накрытые одеялами, остальные сдерживают улыбки, стараясь не отвлекаться.

«Соблазн был велик, но я старался не смеяться», — говорит Куницкий в конце сеанса, когда все хохочут.

«Кровь»

После вечерних сеансов с психологом медики ужинают в местном ресторане, украшенном картинами с горными пейзажами и гирляндами.

Война занимает центральное место даже в спокойное время. Это становится очевидным во время игры в Alias, когда игроки пытаются объяснить товарищам по команде случайные слова.

«Нам этого не хватает», — говорит один из них.

«Кровь!» — кричит команда.

Попытка изобразить жестами слово «шорты», разрезая воображаемые брюки, проваливается.

«Жгуты!» — угадывает команда, вспоминая устройства, которые накладывают на конечности, чтобы остановить сильное кровотечение.

Всего за несколько дней медики сблизились и создали группу в WhatsApp, чтобы оставаться на связи после возвращения на фронт.

Пообещав поддерживать связь, Зух все же не скрывает тревоги.

«Как за них не переживать? Конечно, я переживаю, но у них все будет хорошо. Надеюсь».