Екатерина Джанашия | 2026-03-16

Практика, начинавшаяся в московском метрополитене, незаметно охватила железнодорожные и автовокзалы по всей России. Общенациональное внедрение проверки смартфонов власти называют борьбой с терроризмом, а оппоненты — угрозой конституционным правам граждан.

В феврале журналисты независимого издания «Вёрстка» провели расследование и выяснили, что требование к пассажирам включать телефоны и демонстрировать работоспособность устройств распространилось далеко за пределы столицы, и теперь применяется на объектах транспортной инфраструктуры в регионах по всей стране.

По заявлениям властей, проверки ведутся, чтобы не допустить использование телефонов в качестве самодельных взрывных устройств. В то же время юристы и правозащитники предупреждают, что отсутствие четких рамок может привести к неконституционным проверкам личных данных .

Общероссийские масштабы

Метрополитен Санкт-Петербурга привлек к себе внимание, когда публично объявил о таких проверках, хотя в самой практике нет ничего нового или свойственного только Петербургу. Сообщения об аналогичных мерах поступали из Белгорода вблизи украинской границы, Мурманска на севере страны и Тюмени в Сибири.

В октябре 2025 года руководство екатеринбургского метрополитена выступило с заявлением, сравнив процедуру с правилами досмотра в аэропортах.

«Ужесточение контроля за девайсами объясняется высокой вероятностью применения подобных устройств для нанесения ущерба безопасности пассажиров и инфраструктуре метрополитена», — сообщила пресс-служба. Руководство объяснило, что в корпусе смартфона теоретически могут быть спрятаны взрывоопасные или запрещенные к перевозке вещества.

Юридическая основа проверок, на которую ссылаются чиновники, закреплена в приказе номер 34 Министерства транспорта России, принятом 4 февраля 2025 года. В нем указывается, что досмотр мобильных телефонов и личных компьютеров «проводится выборочно путем включения и проверки работоспособности» устройств.

Безопасность или содержимое?

Больше всего россияне опасаются, что «проверка работоспособности» служит лишь предлогом для «проверки содержимого» телефона.

Статья 23 Конституции РФ гарантирует гражданам право на тайну переписки. С юридической точки зрения, без ордера или формального процессуального протокола полицейский или сотрудник охраны не может просматривать фотографии и сообщения пользователя или установленные приложения.

«Формально нигде не сказано про доступ к содержимому телефона, его требовать никто не может», — сказал «Вёрстке» адвокат Евгений Смирнов.

Нынешние инструкции, в теории, ограничивают проверку, объяснил Смирнов, сотрудничающий с юридической группой «Первый отдел». То есть, по сути, они просто должны подтвердить, что телефон — это телефон, а не оболочка, начиненная взрывчаткой.

Реальность на местах выглядит более неопределенной.

В Туле, по рассказам пассажиров, их просили разблокировать экраны и показать, что устройство «работает». А на московском автобусном вокзале в Ховрино охранники, как сообщается, даже извинялись перед пассажирами, когда просили их демонстрировать «светящиеся экраны», ссылаясь на антитеррористические правила.

Источники, близкие к региональным администрациям и московской мэрии, утверждают, что указание о проверках поступило непосредственно от Федеральной службы безопасности (ФСБ) , которая разослала его транспортным департаментам по всей стране в ответ на возросшие угрозы, связанные с войной в Украине.

Депутат Государственной Думы Олег Леонов публично разьяснил, что полиция в метро может проверять включается ли телефон, но не имеет права изучать фотографии или приложения.

«У полиции нет права просматривать содержимое устройства», — заявил Леонов.

Несмотря на подобные заверения, правозащитница Алена Попова задокументировала множество случаев, когда пассажиры чувствовали, что на них давят, чтобы они согласились на более детальный досмотр. Люди опасались задержания полицией или опоздания на рейс.

«Цифровая гигиена» в новую эпоху

Расследование «Вёрстки» указывает на то, что сейчас массовые проверки, в значительной степени, носят показательный характер и служат скорее сдерживающим фактором, а не ведутся для систематического сбора цифровых данных. Источник в одной из региональных администраций в Сибири сообщил, что проверка содержимого устройств не проводится, так как для этого требуется сложный юридический протокол, который сотрудники охраны не могут обеспечить в оперативном режиме.

Однако в статье говорится, что власти могут использовать проверку работоспособности как тактический инструмент, направленный против конкретных лиц. Если пассажир уже есть в списках наблюдения, первоначальная остановка у металлодетектора дает силовикам законный повод для перехода к более углубленному досмотру.

По мере укоренения этой практики, правоведы все настойчивее рекомендуют россиянам соблюдать «цифровую гигиену» — использовать гостевой профиль на смартфонах, заменить биометрическую разблокировку экрана сложными паролями и знать свои права при прохождении контроля на транспорте.

«Минтранс не может отменить Конституцию», — напоминает юрист Леонид Соловьев, отметив, что хотя проверка устройства на наличие взрывчатки — законная мера обеспечения безопасности, переход от «включения экрана» к «открытию чата» представляет собой серьезное правонарушение.

Министерство транспорта и ФСБ официально не комментировали сообщения о расширении проверок в регионах, ограничившись ссылками на действующее законодательство в сфере безопасности.