Ольга Чепиль | 2026-03-30

По дорогам натянуты сетки от беспилотников, днем здесь охотятся FPV-дроны, по ночам падают корректируемые авиабомбы (КАБ). В Краматорске слышны взрывы, но открыты кафе, работает рынок, а официантка Виктория планирует смену на завтра.

Через четыре с лишним года полномасштабного российского вторжения ситуация вокруг Краматорска остается одной из самых сложных на фронте.

«Это последний наиболее укрепленный плацдарм в Донецкой области. За него идет огромный торг, Россия очень хочет его захватить», — говорит «Контуру» военный эксперт, обозреватель группы «Информационное сопротивление» Александр Коваленко.

Город, который не сломить

Фронт очень близко — около 20 км от Краматорска. С ноября 2025 года поезда сюда больше не ходят, поэтому жители вынуждены ехать на автомобилях по трассе, практически полностью закрытой антидроновой сеткой. Члены семей военнослужащих, которые когда-то ездили поездом, чтобы навестить своих родных, теперь могут добраться только до Барвинково в Харьковской области, а там нужно пересаживаться в машины.

В Славянско-Краматорской агломерации остаются около 100 000 человек. Школы и детские сады закрыты и переведены на дистанционную форму работы. Магазины, рестораны и учреждения по-прежнему открыты.

«Город работает... Все онлайн. Но город не сломлен», — сказал «Контуру» украинский журналист и продюсер Аким Галимов, недавно вернувшийся из поездки в Краматорск.

После оккупации ДонецкаКраматорск стал административным центром области. Трасса Изюм-Славянск-Краматорск находится в зоне досягаемости российских дронов, поэтому снабжение перенаправляют по альтернативным маршрутам. Это осложняет логистику, но город продолжает жить. Стойкость города историки объясняют частично тем, что он развивался вокруг железной дороги и торговли, в отличие от шахтерского Донецка.

«Краматорск — это украинский город с давней историей. На его месте еще в XVIII веке поселились козаки на реке Торец, а позже здесь вырос населенный пункт», — рассказывает Галимов. Название города, объясняют историки, связано с торговлей у крепости Тор: «крам на Торе». «Крам» — это «товары» в переводе с украинского.

Россия десятилетиями пыталась навязать городу свой контроль и русифицировать его жителей пропагандой, давлением на образовательные и административные структуры. Но украинская идентичность Краматорска оставалась крепкой и передавалась из поколения в поколение.

Tе, кто остался

Олег Максименко, краевед и журналист, решил никуда не уезжать. Его мать больна, и Олег считает, что его место рядом с ней и его архивами. Он перевез ее из центра города, где обстрелы не прекращаются, в их двухэтажную дачу за городом.

«Я специально маму вывез на дачу — у нас там двухэтажный дом. Потому что когда наступает ночь, ужасно страшно», — говорит «Контуру» Максименко.

Бумажные архивы он оставил в квартире, но успел оцифровать часть материалов и продолжает работать над новой книгой уже в селе неподалеку от города. В Краматорск ездит по делам: на рынок и проверить жилье. Прошлой осенью беспилотник сел возле реки недалеко от его дома. Он вызвал полицию и саперов. Дрон взорвался уже после их отъезда.

«Год назад такого не было. А сейчас уже садятся беспилотники. И не только ночью, но и днем», — сказал Максименко.

Виктории Чернышовой 21 год. Она родилась в Краматорске, работает официанткой в пиццерии. Живет с мамой и кошкой. Говорит, что многие ее ровесники уехали. Но сама остается дома, потому что переезд требует денег, а работа обеспечивает стабильность.

«Здесь работа все-таки — дом. И тяжело куда-то уехать, когда есть домашний питомец», — рассуждает в беседе с «Контуром» Чернышова.

Заведение работает без выходных. В городе остаются еще два кафе той же сети. Рынок пустеет, гражданских машин на дорогах меньше, военных — больше.

За четыре года полномасштабной войны, как пишет в Фейсбуке начальник городской военной администрации Олександр Гончаренко, город пережил 853 обстрела, в результате которых погибли 146 мирных жителей, еще 695 получили ранения. Здесь продолжаются ежедневные удары по гражданским зданиям.

«Если будет совсем нетерпимо, придется выезжать. Но хочется быть дома», — признается Чернышова.

Ключ к Донбассу

Славяно-Краматорский плацдарм сегодня — последний и самый укрепленный участок обороны в Донецкой области под украинским контролем. Это более 5 000 кв. км территории с плотной системой фортификаций, промышленными зонами и сложным рельефом, поясняет Коваленко.

Для Москвы Краматорск — ключ к Донбассу в политическом и военном смысле. В прошлом году российская армия, сосредоточив крупнейшую группировку в Донецкой области, смогла захватить чуть более 2 000 кв. км территории.

«Это самый тяжелый участок для наступления россиян», — утверждает Коваленко.

Новое наступление обойдется гораздо дороже.

«То, что ожидает россиян здесь, — это еще большая мясорубка. Потери будут колоссальными, а наступление может растянуться на годы. Именно поэтому они стремятся получить этот участок не военным путем, а политическим давлением», — считает эксперт.

Падение Краматорска могло бы изменить ход войны. По словам Коваленко, после четырех лет изнурительного противостояния именно эта линия способна стать тем рубежом, где наступательный потенциал российских войск окончательно истощится.

Для Чернышовой стратегия сводится к более простому.

«Лег, проснулся, жив-здоров — и хорошо».