Галина Корол | 2026-06-05

Московская компания, связанная с российским государственным оборонным гигантом «Ростех», приступила к геологоразведке одного из крупнейших в мире месторождений марганца, расположенного на оккупированной украинской территории. Этот шаг свидетельствует о целенаправленных усилиях по поглощению стратегических богатств полезных ископаемых Украины экономикой России военного времени.

Речь идет о Велико-Токмакском месторождении в Запорожской области. По данным источника в горнодобывающей отрасли, на который ссылается российское деловое издание «Коммерсантъ», оно входит в пятерку крупнейших в мире по запасам марганца — около 1,7 млрд тонн. Этих запасов хватит на сто лет добычи.

В феврале 2026 года российская компания «Реале Инженеринг Инвест» получила лицензию на разработку месторождения и уже приступила к геологоразведочным работам. По имеющимся данным, рядом с месторождением уже строится горно-обогатительный комбинат, рассчитанный на три тысячи работников.

Россия импортирует более 90% марганца. Глава оккупационной администрации в Запорожье Евгений Балицкий прямо заявил, что ферромарганец имеет критически важное значение для российского военно-промышленного комплекса, который в настоящее время закупает его в ЮАР, Бразилии и Габоне. Марганец также играет ключевую роль в производстве стали и ферросплавов. Единственное месторождение марганца на территории России находится в Башкирии; ее собственные крупнейшие запасы в разы уступают украинским.

Незаконные «лицензии»

Ирина Супрун, эксперт по вопросам недропользования, основательница и генеральный директор компании Геологической инвестиционной группы, назвала это «системной попыткой легализовать незаконное присвоение стратегических ресурсов Украины с помощью псевдоправовых механизмов». Как она сообщила изданию «Контур», выданные Россией лицензии не дают никаких законных прав на минеральные ресурсы или их добычу.

Международное право дает однозначный ответ. Статья 55 Гаагского положения прямо запрещает оккупационной власти истощать ресурсы захваченных территорий. В решении Международного Суда по делу Конго против Уганды было установлено, что незаконная эксплуатация природных ресурсов на оккупированной территории представляет собой международно-противоправное присвоение. Этот прецедент применим и в данном случае, отметила Супрун.

Ответственность не ограничивается государствами.

«После Нюрнбергского процесса мир уже видел уголовное преследование представителей бизнеса за участие в разграблении оккупированных территорий», — напоминает она.

Для любой иностранной компании использование сырья с оккупированных украинских территорий сегодня становится уже не просто репутационной проблемой.

«Это проигрышный актив с долгосрочными юридическими последствиями — от санкций до уголовных претензий в будущем», — заключает Ирина Супрун.

Капиталовложения, которые можно потерять дважды

Константин Батозский, политолог и директор Агентства развития Приазовья, скептически относится к перспективам этого проекта. Он называет российские планы «красивыми разговорами», отметив, что руда имеет низкое содержание марганца и потребует строительства перерабатывающего завода с нуля. Ближайшие источники энергии — гидроэлектростанции на Днепре, Запорожская АЭС и крупные тепловые электростанции — либо разрушены, либо недоступны. Каховскую ГЭС взорвала сама Россия. К месторождению не идет ни одна железная дорога, а постоянные обстрелы и минные поля делают разработку фактически невозможной, сказал он «Контуру».

При этом Супрун предупреждает, что более серьезная угроза носит геологический, а не логистический характер. Даже частичная, разведочная добыча может нанести необратимый ущерб. Месторождение геологически сложное, с фосфористыми рудами, которые различаются по качеству и требуют точного отбора проб. Селективная выборка наиболее богатых участков приведет к образованию фрагментированных, истощенных запасов, разработка которых будет нерентабельной даже при высоких мировых ценах на марганец.

Неконтролируемое бурение также чревато нарушением гидрогеологического режима. Находящиеся поблизости затопленные шахты усугубляют эту нестабильность. Агрессивное водоотведение может привести к деформации пластов и необратимой утрате доступа к части запасов.

Существует и менее очевидная форма ущерба. За десятилетия исследований Украина накопила огромный массив кернового материала, геологической документации и данных моделирования по этому месторождению.

«В современной горнодобывающей отрасли эти данные — отдельный актив, который нередко стоит не меньше, чем сама лицензия», — говорит Супрун. Бесконтрольное вмешательство может уничтожить их безвозвратно.

Роль Беларуси в разграблении

Велико-Токмакское месторождение — лишь часть более широкой схемы. С 2022 года белорусские государственные предприятия импортируют каолин с оккупированной территории Донецкой области. Этот материал крайне важен для производства керамики.

Владимир Жигарь из организации BelPol рассказал, что речь идет прежде всего о поставках для ОАО «Керамин» и ОАО «Березастройматериалы» — крупнейших белорусских производителей керамики и сантехники. В Беларуси практически нет собственных запасов высококачественного каолина, поэтому исторически его поставляли из Украины.

Жигарь сообщил «Контуру», что поставки идут через компанию «Ника Трейд Инвест», зарегистрированную в оккупированном Донецке, и доставляются по железной дороге в Беларусь. По его словам, Лукашенко еще в 2022–2023 годах поручил чиновникам изучить возможность передачи белорусским предприятиям украинских месторождений глины в районе Дружковки, ранее принадлежавших украинской компании «Веско». Расчет был простой: если территория будет оккупирована, зачем покупать каолин через посредников, если можно фактически владеть месторождением?

Ирина Супрун описала эту схему в целом как «модель промышленного мародерства государственного масштаба», при которой природные ресурсы Украины поглощаются военно-промышленным и гражданским комплексами государства-агрессора и его союзника — без каких-либо правовых оснований.